РЕПРЕССИИ ПРОТИВ АЗЕРБАЙДЖАНЦЕВ НА ТЕРРИТОРИИ НЫНЕШНЕЙ АРМЕНИИ В 1920-1930 гг.

Kustodiev_The_BolshevikПроцесс физического и морального геноцида азербайджанцев на землях, ныне входящих в состав Армении, восходит еще к началу XIX в., когда российские войска оккупировали Иреванское ханство. Следует отметить, что каждый раз после окончания войн России с Ираном и Османской империей осуществлялись планомерные переселения армян на территорию азербайджанских ханств, что создавало предпосылки для вытеснения коренного азербайджанского населения. Тогда же, в XIX в. переселяемые из-за рубежа армяне наделялись льготами и привилегиями, что сопровождалось ограничениями прав местных  азербайджанцев. После  утраты шансов  на армянскую автономию в составе Османской империи начался массовый приток  армян на  азербайджанские земли, куда армяне устремили взоры в надежде реализовать свои планы создания армянского государства. Именно здесь в конце XIX начале XX в. армянские вооруженные формирования устраивали погромы азербайджанцев, вылившиеся в этнические чистки для высвобождения “жизненного пространства”.

Создание в мае 1918 г. на исконно азербайджанских землях Армянской Pecпублики ознаменовало начало полномасштабного геноцида и депортации азербайджанцев, что привело к практически полному их изгнанию. Если до 1918 г. в границах нынешней Армении и Карсской области проживало более 500 тыс. азербайджанцев1, то к концу ; 1920 г. их оставалось не более 12 тыс.2  В течение одного только 1919 г. в Иреване с его 29-тысячным населением умерли голодной смертью 14 тыс. человек, а в Эчмиадзинском уезде за 6 месяцев – 4 тыс. 3 Все умершие, естественно, были азербайджанцы, которые не имели возможности покидать свои дома. Отметим, что в это самое время в Армении действовал американский Комитет помощи Армении во главе с доктором Ярроуном, оказывавший материальную помощь исключительно армянским беженцам. После прихода к власти Советов в Армении Комитет в полном составе переехал в Карс. Между прочим, комитет открыл детский приют, в котором было собрано несколько тысяч сирот – армян.4 После прихода к власти Советов в Армении в декабре 1920 г. новое руководство, принимая в расчет экономическую зависимость Армении от Азербайджана, стало приписывать кровавые погромы 1918-1920 гг. на счет  дашнакского правительства. В то же время и новые власти чинили всяческие препятствия азербайджанским беженцам, потянувшимся в родные места. Правительство дало согласие на возвращение в Зангибасарский и Ведибасарский уезды в основном беженцев, нашедших приют в Иране,  и то с условием, чтобы они доказали свое неучастие в боевых |действиях против Армении в 1918-1920 г.5 Следует заметить, что с апреля 1918 г. по июль 1920 г. азербайджанское население указанных уездов создавало добровольческие отряды самообороны, которые успешно отражали атаки регулярной армянской армии и не допустили установления на своих землях дашнакского режима.

10-го и 23 апреля 1921 г. Революционный Комитет Армении издал декреты об амнистии, разрешив возвращение в республику беженцев, покинувших ее при дашнакском правительстве. Для встречи армянских беженцев в Джульфу была направлена специальная правительственная делегация. Посольство России в Иране через генеральное консульство в Тебризе выделило пособия для беженцев, возвращавшихся в Армению, выдавало им удостоверения для  беспрепятственного перехода границ6.

Осенью 1921 г. правительство Армянской ССР в связи с тяжелым экономическим положением республики и распространения эпидемий приняло постановление о приостановке реэвакуации по железной дороге Джульфа-Иреван до весны 1922 г.7. С одной стороны, Армянское руководство обратилось к Азербайджанскому правительству с просьбой приостановить возвращение на родину азербайджанских беженцев, а с другой приняло распоряжение о размещении главным образом в населенных азербайджанцами уездах армянских беженцев из Турции. Армянское Министерство Попечений в отчете Совету Министров предлагало разместить беженцев из Турции в следующем порядке: в Зангибасаре – 25 тыс., в Ведибасаре – 60 тыс., в Гярнибасаре – 25 тыс., в Дилижанском округе – 25 тыс., в округе Гаракилсе – 25 тыс., в Ново-Баязидском округе – 10 тыс.8.  Таким образом, армянское  правительство ставило целью до возвращения азербайджанцев заселить покинутые ими дома и в целом селения армянскими беженцами с тем, чтобы не допустить возвращения азербайджанцев. Это был преднамеренный шаг, направленный на политическое решение вопроса “Армения без турок”.

Однако, несмотря на все, азербайджанцы возвращались в родные места на территории Армении. Возвращались несмотря на то, что в большинстве случаев заставали свои дома и целые села занятые беженцами-армянами из Турции и оказывались перед необходимостью жить совместно с ними. Именно таким образом и появились более 80 смешанных армяно-азербайджанских населенных пунктов, существовавших в Армении вплоть до 1988 г. Согласно статистическим данным, за период май 1921 г. – май 1922 г. | на территорию нынешней Армении вернулось в общей сложности 96,5 тыс. азербайджанцев, в т.ч. в Иреванский уезд – 26 тыс., в Ново-Баязидский уезд – 14 тыс., в Эчмиадзинский уезд – 9 тыс., в Александропольский уезд – 10 тыс., в Зангезур – 15 тыс., в Даралягез – 5,5 тыс., в Лору-Памбак и Иджеван – 17 тыс. 9. Как указывает армянский историк С .Хармандарьян, из 100 тыс. азербайджанцев, покинувших свои исконные места  проживания в результате бесчинств дашнакского правительства, почти все вернулись обратно 10, хотя, как указывалось выше, число азербайджанцев, покинувших территорию Армении в 1918-1920 гг., составляло около 500 тыс. Подписанные в 1921 г. Московский и Карсской договоры пробудили у азербайджанских беженцев надежды на скорое возвращение и спокойную жизнь на своей родине в советской Армении. Пропагандистская машина того времени убедила их в том, что в Армении создано “рабоче-крестьянское” правительство, которое откажется от проводившейся дашнаками политики кровавых погромов и этнических чисток и не будет прибегать к дискриминации азербайджанцев. В действительности же азербайджанцы, вернувшись в родные места, сталкивались с более изощренными притеснениями дашнакских недобитков, замаскировавшихся в коммунистические одежды, и вынуждены бывали вновь уезжать из Армении. В результате, если в мае 1922 г. в Армению вернулось около 100 тыс. азербайджанцев, то в ходе переписи населения Закавказья в 1926 г. в этой республике   было зафиксировано 84717 тюрок 11. Таким образом, с учетом естественного прироста населения за 1922-1926 гг. Армению покинуло около 25 тыс. азербайджанцев.

Приведем, кстати, и следующую статистику. В 1914 г. в Иреванской губернии (тогда сюда не входили Зангезурский уезд, Дилижанский, Лорийский, Агбабинский участки и часть Басеркечарского участка) было зафиксировано 597273 армянина и 372801 мусульманин, а в 1926 г. – соотвественно 743.573 и 87.714. Таким образом, если численность армян возросла на 24,6 %, (146494 чел.), то азербайджанцев – снизилось на 76,7 % (288084 чел.). 12

Вследствие непрерывных притеснений азербайджанского населения Армении после установления советской власти население пограничных с Азербайджаном районов для окончательного избавления от гнета приняло общинное постановление о присоединении своих земель к Азербайджану. Это постановление представителей азербайджанских сел Армении отражено в одном документе, хранящемся в Государственном архиве Азербайджанской Республики. Вот что говорится в письме наркомата внутренних дел Азербайджана, направленном в Аз.Ревком 4 мая 1921 г. (копия отправлена в Наркомат Иностранных Дел):

“На днях полномочные представители 21 села Армении, пограничных с Азербайджаном, явились в Наркомат Внутренных Дел и предъявили общинное постановление о присоединении этих сел к Азербайджану. Уполномоченные жителей этих и ряда других сел заявляют о необходимости присоединения к Азербайджану. Эти села по географическому расположению делятся на две группы: 1) Тохлуджа, Агбулаг, Арданыш, Джил, Бабаджан Дереси, Гушчу Дереси, Сатанагач, имеющие 1195 домов и 7150 жителей (расположены приблизительно по северо-восточному побережью озера Гейча, ныне Севан); 2) Джывыхлы, Гелкенд, Чайкенд, Амирхейр, Гарагая, Яныхпая, Салах, Геярчин, Полад Айрым, Агкилсе, Мыртейил, Хаггыхлы, Даш Айрым и Харрад Кахи, имеющие приблизительно 615 домов и 2170 жителей и расположенные частично вдоль реки Терс, частично между указанной рекой и озером Гейча.

Из общинного постановления видно, что с момента перехода указанных сел в подчинение Армении их жители подвергаются постоянным преследованиям и притеснениям, даже попыткам полного уничтожения со стороны дашнаков. По заявлениям уполномоченных, хотя после установления в Армении советской власти их жизнь в области политической и межнациональной во многих отношениях улучшилась, однако вследствие географического расположения их селений в экономическом и культурном отношениях они и прежде, и теперь, и в будущем обречены на страдания, и даже в условиях самого благоприятного мира о достойных условиях жизни и успешном развитии сельского хозяйства не может быть и речи. В сообщении между крупными и мелкими населенными пунктами Армении существует достаточно трудностей. При мусаватском правительстве не ходатайствовали о присоединении к  Азербайджану по нижеследующим причинам:

1) последние три года они, подобно диким и затравленным зверям, вместе с голодными и раздетыми женами и с детьми скрывались от озверевших маузеристов в различных пещерах: 2) своими ходатайствами не хотели давать повод дашнакам еще более распоясаться. В вышеуказанной полосе, где находятся перчисленные села, расположено также несколько армянских сел и одно молоканское. Жители этого села, именуемого Надеждино, по показаниям надежных лиц, по вышеприведенным причинам | признают необходимость присоединения к Азербайджану. В настоящее время жители указанных сел вследствие установления в братской Армении рабоче -крестянского Советского правительства надеются, что любые шовинистические поползновения дашнаков и мусаватистов  будут раз и навсегда устранены.

Доводя вышесказанное до сведения Аз.Ревкома, Наркомат Внутренных Дел  отмечает, что жители указанных сел, постепенно разорившись, окончательно  обнищали и теперь не имеют даже семян для сева, испытывают сильную нужду в продовольствии и одежде, просят Аз.Ревком удовлетворить поднятое ходатайство, а также 1200 пудов семян для сева, 300 пудов кишмиша для обмена на семена ячменя, 1000 аршинов бязи для саванов.

Комиссар внутренних дел (подпись)

Начальник главного управления (подпись)

Соответствует подлиннику: Письмоводитель  общего отдела Ахундов”.

В 12 страничном общинном постановлении, принятом 14 апреля 1921 г. и подписанном представителями указанных сел, после всех остальных стоят подписи члена Красносельского ревкома Самеда Мустафаева и секретаря Сеидова, а также печать Газахского уездного ревкома.13

Сразу после установления в Армении советской власти Азербайджанское правительство направило соседям в виде безвозмездной помощи тысячи тонн горючего, зерна, продовольствия и материи. Однако все это до азербайджанцев не доходило, а жалобы азербайджанскому правительству представителей населения Басаркечерского и Карвансарайского районов, терпящего голод и нищету, оставались безрезультатными. Наконец, после вмешательства азербайджанского правительства Совнарком Армении постановлением от 15 декабря 1921 г. с целью улучшения хозяйственного положения азербайджанских сел Басаркечерского района освободил 27 сел от продовольственного налога.14 Кроме того, из 35 вагонов зерна и продовольствия, отправленных в помощь Армении из Баку через Тифлис 15, для азербайджанских беженцев Басаркечарского района было выделено 1000 пудов хлеба 16. 27 декабря 1921 г. Совнарком Армении поручил Земельному Комиссариату оказать азербайджанским беженцам Карвансарайского участка помощь из семенного фонда. 17

Наиболее состоятельным и зажиточным из числа азербайджанских беженцев, вернувшихся в Армению после установления Советской власти, решением ЧК наклеивался ярлык “кулак”, их имущество конфисковывалось, а сами они подвергались преследованиям. В результате большинство состоятельных азербайджанцев различными путями бежали в Иран и Турцию. Те, кто не мог захватить с собой скот или наиболее ценное из имущества, при удобном случае нелегально возвращались за ними, о чем в Государственном Архиве Армении хранятся документальные свидетельства. Так, 5 сентября 1921 г. в с.Чахмаг Агбабинского района вернулись бежавшие из него ранее азербайджанцы и забрали свои отары, домашний скот и прочее имущество. Подобные случаи армянские власти представляли как вооруженные нападения турецких солдат на пограничные села. 18

В информационном бюллетене Азербайджанского консульства в Карсе содержится текст сообщения, направленного 14 января 1922 г. начальником пограничного КПП Шеповаловым Российскому консульству в Сарыкамыше. В сообщении указывается, что 7, 20 и 21 июля 1921 г. “Турецкие солдаты” (на самом деле азербайджанские беженцы – Н.М.) совершили вооруженные нападения на с. Чивинли Агбабинского района, 2 августа- на с. Чахмаг и Хозукенд, 6-8 августа на с. Гюллибулаг, 10-го- на с. Магараджыг, сделав попытки увезти в Турцию стада и личное имущество.19

В начале 20-х годов в Армении были широко распространены обвинения против Азербайджанской интеллигенции в сборе агентурой информации в пользу Турции и в ведении антиармянской пропаганды среди кулацких элементов. Постановлением Арм.ЧК от 29 октября 1921 г. Юсифов Башир Гумбат оглу, обвиненный в шпионаже и грабежах, был выслан из страны. Представитель командования турецкого Восточного фронта в Иреване Лютфи бей (родственник Кязыма Гарабекира) также был обвинен в сборе  агентурных сведений посредством служивших в его миссии солдат, ведении пропаганды среди кулацких элементов и в приеме заявлений от недовольных азербайджанцев.20 3 ноября 1921 г. секретарь Совнаркома Армении  в своем ответе на письмо Лютфи бея от 31 октября заявил, что жалобами и просьбами азербайджанцев занимается заместитель Наркома внутренных дел Армении Бала Эфендиев, которому эти жалобы и должны направляться. Тем самым армянское правительство порекомендовало полномочному представителю Турции не заниматься жалобами азербайджанцев.

В декабре 1922 г. постановлением Закавказского крайкома при ЦК КП Армении был создан отдел по работе с национальными меньшинствами.22 Позже этот отдел был передан в подчинение ЦИК Армении и переименован в сектор по работе среди нацменьшинств. Первым председателем этого совета стал  Джахангир Алекперов, который был направлен в Баку для получения высшего образования и назад не вернулся. В 1924-1927 гг. председателем этого органа, сыгравшего видную роль в жизни азербайджанского населения Армении, работал. Бала Эфендиев, который позже, в 1938 г. стал жертвой репрессий.

Для осуществления морального геноцида азербайджанцев в Армении их в первую очередь лишили своего печатного органа. После установления в этой республике советской власти стала издаваться на тюркском (азербайджанском) языке газета “Коммунист”, однако вскоре она была закрыта. Причина этого была разъяснена в 1-м номере газеты того же названия, вновь начавшей издаваться в 1937 г., следующим образом: “Бывший секретарь ЦК КП(б)Армении, специфический националист Ашот Оганесян под предлогом неспособности азербайджанцев издавать газету “Коммунист” закрыл ее, вскоре после этого и “Ренджбер” (эта газета была закрыта в декабре 1922 г. –Н.М.). По его мнению, для издания газеты необходимо наличие как минимум 500 подписчиков. Таким образом, азербайджанские массы до 1925 г. оказались лишены важнейшего воспитательного оружия”.22

По предложению армянских националистов в 1922 г. Закавказский крайком ВКП(б) обсудил положение с изданием в крае ряда газет и принял постановление, в котором говорилось: “Приостановить выпуск газет на азербайджанском языке в Ереване и Батуми; считать необходимым издание общей краевой газеты для тюрок Закавказья.

Орган ЦК КП(б) Грузии – газету “Ени фикир” издавать ежедневно в качестве органа ЦИК и Совнаркома Закавказья.

В день 5-й годовщины установления советский власти в Армении увидел свет первый номер азербайджаноязычной газеты “Зенги”. В этом номере газета писала: “Во времена установления в Армении советской власти в Иреване выходили газеты “Коммунист”, а затем “Ренджбер”. Однако для продолжения издания газет необходима прежде всего материальная основа и, кроме того, моральная поддержка. Отсутствие материальной основы помешало и второму фактору. “Хозяйство республики укрепилось и дало возможность выходу новой тюркской газеты в Армении. Поэтому ЦК КП(б) Армении счел нужным начать издание газеты под названием “Зенги”.25

Предшественник же “Зенги” – газета “Коммунист” в первом своем номере писала: “Политическое и экономическое развитие страны, повышение политической активности масс и в том числе азербайджанцев вновь выдвинули вопрос издания тюркской (азербайджаноязычной) газеты. Закавказский крайком ВКП(б), отвергал националистические суждения националиста-контрреволюционера Ашота Оганесяна, в 1925 г. принял ре­шение издавать газету “Зенги” (26). С 1927-го по 1937 г. газета выходила под названием “Гызыл Шафаг”, в 1934-1937 г. –”Коммунист”, с 1939-го до конца 1989-го – “Совет Эрменистаны”. Таким образом, в период с 1920-го по 1989 г. основной печатный орган азер­байджанского населения Армении под различными предлогами подвергался го­нениям и несколько раз закрывался.

Если в период дашнакского руководства Армении азербайджанское население республики подвергалось физическому геноциду, а в освободившихся жилищах размещались прибывшие из Турции армянские беженцы, то после установления в Армении советской власти, осенью 1921 г. наркомат иностранных дел республики обратился вначале к России, а затем к Великобритании с просьбой о содействии в переселении в Армению армянских беженцев из Месопотамии. Уже в марте 1922 г. 9 тыс. армянских беженцев из указанной области через Батуми прибыли в Армению и были расселены в Гемерлинском (ныне Арташатский) и на северо-западе Араздейенского (Ведийского) районов.26 В апреле 1922 г. постановлением ЦИК Армении репатриация армянского населения была временно приостановлена. Целью была всесторонняя подготовка к широкомасштабной репатриации 1923-1925 гг. Прибывшие из-за границы в 20-е годы армяне размещались главным образам в окрестностях Еревана, а также в Аштаракском, Гемерлинском, Ведибасарском, Эчмиадзинском, Зангибасарском и Эллерском районах – власти стремились таким  путем искусственно увеличить в них удельный вес армянского населения. Кроме того, и в 1918-1920 гг., и уже при советском правительстве, весной 1921 г. в Ведибасаре отряды добровольцев под руководством Аббасгулу бея  Шадлинского наносили дашнакам сокрушительные удары. Поэтому армянское руководство всячески старалось вытеснить азербайджанцев первую очередь из окрестностей Иревана, Зангибасара, Ведибасара и Даралагеза с тем, чтобы обеспечить здесь численный перевес армян.

Гонения и репрессии против азербайджанцев в Армении ясно видны из отчетов тюркского отделения отдела по работе с нацменьшинствами при ЦК КП(б) Армении, относящихся к 1923-1925 гг. Так, в отчете заведующего отделением Бала Эфендиева ЦК КП(б)Армении указывается, что при дашнакском правительстве, в июле 1920 г. из более чем 300 тюркских сел осталось нетронутым только одно – Улуханлы. В результате мусульманская община дашнакской Армении состояла в это время из одного-единственного села и считанного количества семей, оставшихся в Иреване.

Осенью 1925 г., когда был представлен данный отчет, в Армении возникли серьезные проблемы вследствие того, что большинство сел, где прежде жило около 100 тыс. азербайджанских беженцев, оказались разореными, а в уцелевших уже жили армянские беженцы. В отчете также указывалось, что среди населения распространяются слухи о предстоящем якобы присоединении Нахчывана к Армении и переселении тюркского населения Армении в Азербайджан, об обещании Алигейдара Гараева создать для переселенцев все условия. Ходили также слухи, что в Карсской области уезжающим из Армении азербайджанцам раздают обширные земельные наделы, а также дома и имущество армян переселившихся в Армению. Эти слухи распространялись преднамеренно с целью побудить азербайджанское население Армении к переселению в Азербайджан и Турцию.

В отчете содержались также сведения а том, что под видом создания в республике земельного фонда азербайджанцы силой выселяются из своих селений в другие азербайджанские села, а в освободившиеся жилища вселялись армяне из других районов. Автор поставил перед ЦК КП(б) Армении вопрос о пресечении подобной практики 28. Масштабы насилия против азербайджанцев в Армении достигли такого уровня, что население  Даралагезского уезда в начале 1925 г. обратилось с жалобами к председателю Совнаркома СССР Алексею Рыкову и председателю Совнаркома Аз.ССР Мир Джафару Багирову. В мае того же года, для проверки жалоб была создана комиссия в составе трех человек, с участием Балы Эфендиева, которая ознакомилась с ситуацией в селах Гурбан Кесилен, Джигатай, Дашалты, Геярчин, Гаялы, Чархлы,  Гюмюшхана, Истису, Гурдугулаг, Гейкенд, Чайкенд, Джул, Тарп, Терп, Джейранлы, Тендере, Гачигут, Гюнейвенк, Элейез, Алхан Пейеси, Хостун и пришла к выводу, что особой необходимости в переселении азербайджанцев не было и что переселения часто сопровождались насилием. В отчете комиссии говорилось, что не желавших переселяться арестовывали и что в ходе акции жители близлежащих армянских сел нападали на азербайджанские села 29.

В 1925-1926 гг. в Армению из Ирана, Турции, Греции, Франции, Сирии прибыло на поселение 20 тыс. армян, с 1926-го по 1929 г. из-за границы в Армению прибыло еще 6 тыс. человек; всего же за 1921-1936 гг. в республику из зарубежных стран иммигрировало 42 тыс.армян, которые были трудоустроены и наделены землей 30.

3 января 1930 г. Закавказский крайком КП(б) принял постановление о проведении массовых операций по разоружению антисоветских элементов. Для исполнения этого постановления на местах были созданы “тройки” и “пятерки”. Пользуясь удобным моментом, армянское руководство развернуло кампанию репрессий против азербайджанцев. Следует отметить, что в эти годы азербайджанское население Армении за пределами Иревана расселялось в основном в сельской местности, и в силу этого наиболее распространенным средством преследований было наклеивание ярлыка “кулак”. Начиная с 1930 года азербайджанцы, спасаясь от волны репрессий, при первом же благоприятном случае старались бежать в Турцию или Иран. Кампания массовой коллективизации, проводившаяся в начале 30-х годов по всему Советскому Союзу, в наиболее жесткой форме осуществлялась именно в отношении азербайджанского населения Армении. Все состоятельные азербайджанцы лишались всего имущества и со стандартным клеймом “кулак” эпатировались в неприветливые области Казахстана и Сибири. Особенно свирепствовали советские карательные органы в азербайджанских селах, находящихся вблизи границ с Ираном и Турцией. В результате население Зенгибасарского, Ведибассарского, Гамарлинского и Гарабагларского районов, доведенное до крайности, подняло мятеж. Вообще подробные сведения о крестьянских  восстаниях того периода содержатся в журналах и бюллетенях, издававшихся за рубежом эмиграцией. Так, в бюллетене “Одлу юрд” (“Odlu Yurt”), издававшемся в Турции, была опубликована статья под заголовком “Продолжается мятеж в Ведибасаре и Нахчыване”, в котором указывалось: “Восстание распространяется с одной стороны на Иреван и окрестности оз.Гейча, а с другой – на Ордубад и Зангезур. Количество партизан в Большом Ведибасаре составляет 600 человек. Между партизанами Зангезура, Ордубада, Нахчывана, Ведибасара и Гейчи поддерживалась связь, предпринимаются попытки наладить контакты с партизанами в Гяндже и Мугани. Председатель коммунистического совета Советской Армении Седрак Саркисян во время инспекции хода коллективизации подвергся нападению партизан и был убит…”31

А вот как описывает тот же инцидент Стамбульская газета’ “Билдириш” (“Bildiriş”): “В Ведибасаре отряд беглого Ганбара совершил нападение на поезд, следовавший в Иреван, и уничтожил коммунистов и начальника ЧК” 32. Причины волнений тот же журнал “Одлу юрд” объяснял следующим образом: “Партизанское движение, в котором участвуют тысячи крестьян, приняло широкий размах. Повстанцы выдвигают требования отмены коллективизации, либерализации цен на продовольствие и прекращение террора” 33.

В Ведибасаре повстанцы установили контроль над 20 селами. Руководил повстанцами Кербелаи Исмаил, который еще с 20-х годов активно участвовал в организации вооруженного сопротивления дашнакам. Для подавления восстания армянские власти направили Аббасгулу бея Шадлинского. В результате осуществления плана, составленного перекрасившимися в коммунистические цвета дашнаками, Аббасгулу бей был убит 34.

После подавления выступлений азербайджанских крестьян в Армении значительная часть участников восстания сумела бежать в Иран и Турцию, однако под предлогом привлечения к ответственности мятежников в республике начались повальные преследования и аресты азербайджанцев. Другим поводом для репрессий послужило наличие у многих азербайджанцев родственников в Иране и Турции, посредством которых они якобы поддерживали связь с эмигрантами-контрреволюционерами в этих странах. В опубликованной журналом “Одлу юрд” статье “Аресты в Иреване” говорилось: “В Иреванской области схвачено 130 тюрков – патриотов, которые будут отправлены на каторгу в Россию. Среди арестованных были Аббас бей и Мухаммед Тагы бей, обвиняемые в попытке перехода в Турцию. Они должны быть этапированы 17 марта, однако с учетом того, что железная дорога в Борчалы и близ Газаха находится в руках тюркских крестьян, пока это дело отложено” 35. Далее журнал пишет: “В Зангибасаре, Ведибасаре и Гярнибасаре 250 семей выдворены из своих домов и лишены имущества. Десятки тысяч людей с ближних и дальних мест стекаются к границе и пытаются перейти в Турцию, однако большевики препятствуют им. Многие из пытавшихся перейти границу были убиты русскими”36.В результате этой политики гонений и дискриминации, проводившейся под предлогом очищения Армении от контрреволюционных и антисоветских элементов, в республике практически не осталось азербайджанских кадров. Притеснения азербайджанцев достигли такого размаха, что даже официальная Москва, традиционно проводящая политику “разделяй и властвуй”, вынуждена была признать факт дискриминации азербайджанцев в Армении. В ноябре 1936 г. Президиум Совета национальностей ЦИК СССР отсудил вопрос “О состоянии работы среди национальных меньшинств в Армении”. В принятом постановлении говорилось, что отдел по работе с национальными меньшинствами при ЦИК Армении был безосновательно ликвидирован, не обеспечивается удовлетворение культурных и хозяйственных нужд нацменьшинств, в неудовлетворительном состоянии находятся подготовка национальных кадров для центрального аппарата, обеспечение районов расселения меньшинств тюркскими и курдскими кадрами, ведение официального делопроизводства на местах на языках этих народов. Постановлением ЦИК Армянской ССР поручалось в короткий срок восстановить отдел по работе с национальными меньшинствами, укомплектовать управленческий аппарат в районах национальными районах расселения тюркского и курского населения национальными кадрами, навечно передать земельный фонд тюркских и курдских национальных колхозов его пользователям 37.

В связи с этим постановлением издававшийся в Берлине азербайджанский журнал “Кутлу од” писал: “Читателям известно, что в советском Азербайджане обучение идет на 15 языках, в органах просвещения и коммунистических партийных организациях существуют национальные секции. Вдобавок к этому в самом сердце Азербайджана под видом автономного Нагорного Карабаха создана еще одна Армения. Известно, что численность азербайджанцев в советской Армении не меньше, чем армян в Карабахе. В каком же положении находятся наши братья, которых насчитывается до 150 тыс? Предоставлена ли им автономия? Имеют ли они хоть одну секцию в государственных органах? Каковы их возможности для развития своей национальной культуры? Реальность такова, что 150-тысячное тюркское население Армении обречено на вымирание. Положение настолько трагично, что Москва – та самая, которая сама расправляется с нерусскими народами – вынуждена признать это” 38.

Осенью 1937 г. в Армении, как и повсюду в СССР, усилилась волна реп­рессий. В республику прибыла делега­ция в составе А.Микояна, И.Ежова и Л.Берии, перед которой была поставлена задача выявления и разоблачения в рес­публике антисоветских элементов, вра­гов народа, троцкистско-бухаринских шпионов и т.п. В Иреване, Гюмри (Ленинакане), других значительных городах Армении устраивались многолюдные собрания, на каждом из которых “разоблачалась” очередная “группировка”. Эта кампания, осуществлявшаяся по прямой указке сверху, представила для армянского руководства удобную возможность раз и навсегда разделаться с местной азербайджанской интеллигенцией. В ходе кампании, которой руководил А.Микоян, в Москву была передана информация о том, что азербайджанское население приаразских и верхне-Арпа-чайских районов Армении якобы намеревается в массовом порядке уйти в Турцию. В результате в приграничных селениях Вединского, Зангибасарского, Гарабаглярского, Эчмиядзинского, Октемберянского и Амасийского (Агбабинского) районов были проведены карательные акции, в ходе которых тысячи семей были отправлены в степи Казахстана 39.

Фактически против азербайджанского населения Армении в целом выдвигались огульные обвинения в антисо­ветской агитации, подстрекательстве к бегству в Турцию и Иран, нелегальных связях с турецкой и иранской разведками и пр. На основании только фальшивых показаний лжесвидетелей десяткам тысяч ни в чем не повинных людей без суда и следствия выносились жестокие приговоры, вплоть до расстрела. Так, в 1937 г. был схвачен и расстрелян редактор газеты “Коммунист” Мустафа Гусейнов. Обвинили его в том, что он не уволил своего водителя, хотя знал, что тот бывший подданный Османской империи. Были схвачены директор Азербайджанского педагогического техникума в Иреване Бахлул Юсифов и сотни других. После смерти Сталина уголовные дела против азербайджанцев, сфабрикованные в 30-е годы, были пересмотрены, обвиняемые получили оправдание.

Только в 1936-1937 гг. на территории Армении подверглись репрессиям около 50 тыс. азербайджанцев. Общее число подвергшихся гонениям в 20-30-е годы превышает 100 тыс. Часть их бежала в Иран и Турцию, другие стали жертвами карательной машины большевиков.

Процесс перехода политических преследований азербайджанского населения нынешней Армении в 20-30-е гг. XX в. в стадию физического геноцида все еще не вполне исследован, данный период истории нашего народа не полу­чил пока объективную политико-правовую и научно-историческую оценку.

Литература

1. Большая Советская Энциклопедия, М. 1926, с.437.

 2. Горгодян З., «Население Армении» (на арм. яз) 1831-1931. Ираван, 1932, с.185.

 3. Газ. “Коммунист”, орган ЦК и ЕК КП (б) Армении, Ереван, №274, 28 ноября 1935 г.

4. Гос. Архив Азербайджанской Республики (ГААР), ф. 28, сп. 1. д. 213, л. 50.

 5. ГААР, ф. 28, оп.1, д. 210, лл. 125

 6. Хармандарян С.В., Сборник декретов и приказов ССР Армении, вып. 1, с. 10, 20

 7. Там же, с. 147.

 8. Газета «Голос Армении» (на арм. яз.) № 176, 11 ноября 1920 г; См. Государственный Архив Азербайджанской Республики, ф.28, сп. 1, дело 230, лист 182.

 9. Государственный Архив АрмянскойРеспублики ф. 40, дело 3, л. 86-87; См. Хармандарян С.В., указ. соч., с. 148.

 10. Там же

11. Население Закавказья. Тифлись, 1926, с. 8.

 12. Кавказский календарь. Тифлись, 1915, с. 253; Население Закавказья, с. 8.

 13. ГААР, ф. 28, сп.1, д. 76, лл. 1-18.

 14. Гос. Архив Армянский Республики , ф. 40 сп. 113, д. 25, л. 135; См.: Хармандарян С.В., указ. соч., с. 182.

 15. Газ. «Слово», 25 декабря 1921; ГААР, ф. 28, сп. 1, д. 217, л.1.

 16. Хармандарян З., указ. соч., стр. 182.

 17. Гос. Архив Армянской Респ., ф. 40 сп. 114, д. 29, л.. 37.

 18. Хармандарян С. В., там же, с. 228.

 19. ГААР, ф. 28, сп. 1, д. 231, л. 13.

 20. Хармандарян С. В., там же, с. 227.

 21. Там же.

22. Газ. «Хорхрдаин хайастан» (на арм. яз.), 10 декабря 1922 г..

23. Газ. «Коммунист» (на азерб. яз.), №1, 12 октября 1937 г.

24. Əkbərov Əlizəbun. Böyük dostluq səhifələri. Bakı, “Azərnəşr”, 1968, c. 7..

 25. Газ. «Zəngi», № 1, 29 ноября 1925 г.

26. Газ. «Коммунист», №1,2 октябрь 1937 г.

27. Хармандарян С. В., там же, с. 150.

 28. Партархив при ЦК КП Армении, ф. 1, д. 309, лл. 12-31.

 29. Там же, лл. 10-12.

 30. История армянского народа. Ер. 1980, с. 336.

 31. Журнал «Odlu Yurd» 1930, № 17 (5), с. 193.

 32. Газ. «Bildiriş» 27 ноября 1930 г.

33. Журнал «Odlu Yurd» 1930, № 18 (6), с. 244.

 34. Газ. «Vətən səsi» № 22, 1994 г.

35. Журнал «Odlu Yurd» 1930, №18 (6), с. 231.

 36. Там же

37. Газ. «Заря Востока», 5 ноября 1936 г. № 259.

 38. Журнал «Kutlu od» 1936, № 1, с. 28-29.

 39. Arzumanlı Vaqif, Mustafa Nazim. Tarixin tara səhifələri. Бakı, 1998, с. 111.

 

Назим МУСТАФА,

Журнал «Азербайджан и азербайджанцы» № 7-8, 2001

www.pdf24.org    Send article as PDF   

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*